Эксперты оценили оборонную стратегию Москвы на фоне угроз альянса.

Арктика сегодня представляет собой шахматную доску, где наблюдается битва инфраструктур, логистики и разведок. В регионе пересекаются интересы России, НАТО и других государств – арктических и неарктических. Аналогичные процессы идут и в зоне Балтийского моря, которое превращается в арену прямого столкновения. В настоящее время противостояние сторон обрело географические контуры, и северный вектор стал в нем определяющим.

Среди факторов, указывающих на обострение ситуации, – учения НАТО в Арктике в 2026 году (Cold Response)^[1] с участием около 25 тысяч военнослужащих из 14 стран, проекты того же альянса по анализу сценариев конфликта с Россией в регионе (Winter Storm 2030), активность вокруг Гренландии, соперничество за ресурсы и транспортные маршруты, милитаризация региона, в том числе рост интенсивности полетов стратегической и разведывательной авиации, развертывание новых арктических формирований вооруженных сил стран НАТО.

Он добавил, что НАТО официально заявляет о целях укрепления обороноспособности союзников и сдерживания угроз. При этом одной из них открыто называется растущий интерес России и Китая к арктической зоне.

Североатлантический альянс признает лидерство РФ в регионе, однако стремится к изменению баланса сил. Коллективным ответом, призванным оспорить ведущие позиции Москвы, служит операция «Арктический страж», стартовавшая в апреле текущего года.

По словам директора Центра Междисциплинарных исследований Арктики НИУ ВШЭ, старшего научного сотрудника Центра «Россия, Китай, мир» ИКСА РАН, доцента, к.ю.н. Ирины Стрельниковой, операция «Арктический страж» формально является ключевым элементом новой стратегии НАТО по сдерживанию России в северных широтах, однако по сути это– ответ на риторику лидера США Дональда Трампа по установлению американского контроля над Гренландией. «Запуск этой операции в начале 2026 года, стал ответом на уязвимость Гренландии и потребность в постоянном военном присутствии европейских союзников там. Инициатива направлена на то, чтобы сделать арктическую политику НАТО более систематичной и защитить интересы альянса в этом стратегически важном регионе», – добавила политолог.

Балтийское кольцо – риски блокады моря

Если во льдах Арктики пока идет соревнование маневров, то в зоне Балтийского моря угроза противостояния уже рискует перейти от теоретических дискуссий в плоскость практического военного планирования. Новую географическую реальность создало вступление в НАТО Финляндии и Швеции. После такого расширения в экспертном сообществе всерьез заговорили о перспективах альянса заблокировать для РФ выход из Финского залива и изолировать Калининград. Европейские чиновники тоже неоднократно выступали с «грозными» популистскими заявлениями.

«Североатлантический альянс в любой момент может полностью закрыть Балтийское море для России», – подчеркивал французский генерал Фабьен Мандон в одном из интервью после расширения НАТО. По его словам, все необходимые инструменты для этого у западного военного блока имеются.

Одним из таких инструментов можно назвать «разбой на морских коммуникациях» – его в последнее время устраивают западные страны, останавливая и направляя в свои порты суда, которые считают связанными с поставками российских грузов. В МИД России, реагируя на инциденты, отмечали, что Запад пытается «обкатать в Балтийском море односторонние механизмы контроля и блокирования международного судоходства». «Они впоследствии могут использоваться Евросоюзом и НАТО в стратегически важных районах Мирового океана», – подчеркивал посол по особым поручениям МИД РФ Артем Булатов.

«Угроза блокирования Балтийского моря для Российской Федерации со стороны НАТО в настоящее время оценивается как высокая по степени готовности инструментов, но крайне рискованная по военным последствиям. Поэтому в данный момент все–таки ее можно оценить как крайне серьезную, но пока мало реалистичную в полномасштабном ключе. То есть, со стороны НАТО возможно использовать в качестве инструментов сдерживания санкции и задержки судов, что уже происходит, но полномасштабная военная блокада– крайне серьезный шаг, который автоматически ставит НАТО и РФ на грань прямого вооруженного конфликта, что делает его маловероятным», – отметила Стрельникова.

Не исключено, что угрозы блокировки целого региона и развертывание арктических группировок– это не изолированные акции, а части одного большого плана по «сдерживанию» РФ. Или НАТО уже перешла к открытой подготовке к прямому военному конфликту с Россией? Однозначного ответа на этот вопрос нет, однако подтверждаются опасения экспертов относительно стремления альянса максимально ограничить влияние РФ в ключевых регионах.

Ответные шаги РФ

Есть ли у Москвы «арктический щит», и чем она может ответить на попытки НАТО превратить Балтику во внутреннее озеро, а Арктику – в зону своего единоличного контроля? «Россия усиливала и продолжит усиливать оборонную инфраструктуру в ключевых регионах, укреплять системы ПВО и ПРО, развивать совместные проекты с Китаем и с другими дружественными государствами, в том числе в Арктике», – подчеркнул Никоноров, уточнив, что Москва не стремится к открытому конфликту. Тем не менее она не оставит действия НАТО без внимания и реакции – РФ готова и будет принимать меры для обеспечения национальной безопасности.

Стрельникова добавила, что Россия создала мощную систему ограничения доступа в Калининграде и Ленинградской области, усиливает инфраструктуру, использует возможности радиоэлектронной борьбы, подлодки и авиацию для демонстрации силы в Арктике и на Балтике, создала новое Арктическое командование, восстановила советские базы. Также прорабатываются сценарии гибридных атак. Россия готова к любому сценарию, соглашается эксперт, но подчеркивает, однако, что реальная блокада – это уже акт войны, и в этом случае РФ, вероятно, придется задействовать ВМФ для защиты своих интересов.

1. ↑Попытка перераспределить влияние: в Арктике стартовали масштабные учения НАТО Cold Response 2026