О «китайском факторе» в российском Заполярье – эксперт Ирина Стрельникова.

Китай находится в тысячах километрах от Северного полярного круга, однако в 2018 году официально провозгласил себя «околоарктическим государством». Этот шаг ознаменовал начало новой эры в северных широтах: Арктика перестала быть закрытым клубом приарктических стран и превратилась в арену глобальных амбиций Поднебесной.

Уход западного капитала и «технологическая изоляция» региона привели к фундаментальной трансформации: участие КНР перестало быть опциональным и приобрело статус важного условия реализации полярных проектов. Может показаться, что сегодня Пекин - главный кассир и архитектор технологического ландшафта российского Заполярья. Так, если раньше участие КНР в проектах «Ямал СПГ» и «Арктик СПГ-2» рассматривалось как диверсификация, то теперь китайские банки взяли на себя финансирование расширения арктической инфраструктуры. Там, где раньше работали американские и европейские сервисные компании, сегодня развернуто китайское оборудование: от сложнейших буровых установок до модулей заводов сжижения газа и микроэлектроники. Плата за это стратегическое плечо - долгосрочные поставки газа по фиксированным ценам, что гарантирует Пекину энергетическую безопасность на десятилетия вперед.

Управляемые риски?

Сотрудничество России и Китая в Арктике строится на взаимном интересе к развитию транспортных путей и добыче ресурсов, хотя цели стран не всегда идентичны. Можно ли говорить о глубокой экономической привязке России к Китаю, которая в ряде секторов граничит с зависимостью? Политически Россия стремится сохранять статус «равного партнера», даже если материальные возможности сторон становятся все более несопоставимыми.

«На протяжении последних 10 лет у России и Китая в Арктике действительно развиваются отношения в контексте стратегического партнерства, и сотрудничеству в Арктике уделяется внимание в каждом Совместном заявлении России и Китая. Из всех неарктических, конструктивно настроенных стран Китай действительно в настоящее время является лидером в части инвестиций в российскую Арктику. Вместе с тем это ни в коем случае не означает, что Китай является безальтернативным партнером и технологическим донором», - заявила в беседе с редакцией «Русский Север Сегодня» директор Центра междисциплинарных исследований Арктики ИЭПРИК НИУ ВШЭ, эксперт и научный сотрудник ЦКЕМИ НИУ ВШЭ, к.ю.н., доцент Ирина Стрельникова.

Она подчеркнула, что Россия проводит очень грамотную политику по диверсификации партнеров в Арктике и сейчас, помимо Китая, набирает обороты сотрудничество с Индией и ОАЭ. «Во-вторых, Россия после 2022 года активно развивает собственные технологии и собственный технологический суверенитет. Согласно Указу Президента РФ, это одна из наших ключевых задач на ближайшие годы. Поэтому определенный риск в контексте расширения влияния в Китае присутствует, но он абсолютно точно является управляемым и вероятность его пока не высокая», - отметила эксперт.

СМП под контролем – но чьим?

В условиях глобальной нестабильности Северный морской путь имеет для Пекина особое значение. Эта транспортная артерия позволяет Китаю избежать зависимости от узких мест мирового океана, таких как Малаккский пролив, находящийся под контролем ВМС США. Для Поднебесной СМП - это не только экономия времени (путь на 40% короче маршрута через Суэцкий канал), но и вопрос национальной безопасности.

Сейчас ситуация с СМП выглядит как сложный баланс между юридическим суверенитетом России и экономическим доминированием Китая. Формально РФ сохраняет жесткий законодательный контроль, но Китай обеспечивает финансирования инфраструктуры, а значит, может получать рычаги влияния на тарифы, приоритетность прохода судов и даже на технические регламенты. Россия не «теряет» контроль физически, хотя делится им в обмен на выживание проектов.

«Россия никогда не потеряет контроль над СМП. Это наш исторически сложившийся суверенный маршрут. Это отражено во всех наших стратегических документах, более того у нас действует разрешительный порядок плавания в акватории СМП для всех. И этот порядок действует в строгом соответствии со ст. 234 Конвенции ООН по морскому праву», - добавила Стрельникова.

По ее мнению, Арктика не окажется в роли «ресурсного заложника», когда единственным покупателем ее богатств будет Китай, диктующий свои цены. «Мы активно проводим политику балансировпния и диверсификации партнеров, сотрудничаем со странами БРИКС. Помимо Китая, интерес к сотрудничеству сейчас активно проявляет и Южная Корея, которая объявила Пуссан своим арктическим хабом. Поэтому риск «оказаться в заложниках» низкий», - подчеркнула эксперт. Она также добавила, что у Китая нет никакого военного присутствия в Арктике. «Это максимально конструктивная политика в регионе, направленная на устойчивое развитие, а не на милитаризацию, в отличие от стран Запада. Их нарратив про угрозу Китая в регионе сильно преувеличен», - подытожила Стрельникова.